CS Knowledge Base

Па́нты — рога оленей в период их ежегодного роста, имеющие трубчатое неороговевшее строение, наполненные кровью и покрытые тонкой бархатистой кожей с короткой мягкой шерстью. В восточных традиционных системах врачевания (Китай, Корея) панты широко используются для сохранения силы и молодости^[1][2]; по ценности они находятся на самой вершине применяемых снадобий и сравнимы только с женьшенем.

Проведённое в 2012 г. клиническое исследование, несмотря на всё, не подтвердило какого-либо воздействия на человеческий организм препаратов, изготовленных из пантов^[3].

Панты оленей, срезанные с живого или убитого животного, перерабатываются различными способами: традиционный способ сушки на воздухе с промежуточным обвариванием для предотвращения микробного и паразитарного загрязнения; сушка вымораживанием при низких температурах; сушка в вакууме и другими. Высушенные панты оленей теряют в весе 28-30 % от первоначальных данных^[4].

Для получения пантов с конца XIX века сибирских подвидов вапити (марала, изюбря) и пятнистого оленя разводят в неволе. В Российской Федерации пантовое оленеводство наиболее развито в Республике Алтай (более 70 тыс. голов) и Алтайском крае, отдельные хозяйства есть в других регионах. Пантовое оленеводство также широко развито в Казахстане, где обитают маралы и пятнистые олени, с пантами очень высокого качества. Наиболее ценными считаются панты сибирского марала (ареал — казахстанская и российская части Алтая). Панты — предмет традиционного экспорта, в основном в Корею (по Республике Алтай в 2006 году экспорт составлял около 40 тонн^[5]).

Спиртово-водный экстракт, выделяемый из пантов, используется в народной медицине как общетонизирующее и адаптогенное лекарственное средство, в том числе в виде пантовых ванн.

В СССР экстракт пантов благородного оленя зарегистрирован под торговой маркой «Пантокрин»^[6] ещё в 1970 году. Этот препарат может применяться в составе комплексной терапии при астении (переутомлении), неврастении и артериальной гипотензии.

Панты также являются сырьём для производства значительного числа комплексов биологически активных веществ. В 1990-е годы в России начато изучение и производство пантогематогена из крови пантовых оленей, получаемой в период срезания пантов. Помимо России, пантовое оленеводство широко развито в Казахстане, Китае и в Новой Зеландии (более 2 млн голов)^[2].

Одомашнивания марала началось примерно в 1830—1840-е годы; зачинщиками были братья Шарыповы: Роман (1813— ?), Авдей (1815— ?) и Савватеем (~1814—1816 — ?), которые провели отлов недалеко от реки Бухтармы на Юго-Западном Алтае. Первым оленеводом Приморья считается Семён Яковлевич Поносов. На ранних стадиях пантового оленеводства животноводы отлавливали лишь самцов и содержали их в загонах. Животные находились круглый год в клетке и не пользовались подножным кормом, в связи с чем снижалось качество заготавливаемых пантов. После осознания этой ошибки и её исправления, путём огораживания больших, высокопродуктивных пастбищ с разнообразием подножного корма и нахождением в естественной среде пантовое хозяйство стало активно развиваться^{[источник?]}.

На Алтае к концу XIX века уже вело деятельность более 200 маральников с поголовьем 3180 маралов. С появлением больших хозяйств и распространением пантолечения на Алтае в 1930-е годы стали возникать новые проблемы, которые требовали научного обоснования. Стали проводиться разнообразные исследования для создания многочисленных препаратов из пантов, изучаться лечебные свойства, вырабатываться методика проведения оздоровительных мероприятий. В 1933 году была создана научно — исследовательская лаборатория пантового оленеводства, задачей которой было ответить на вопросы, поставленные перед новой областью деятельности. Её основателем был видный ученый — патофизиолог, профессор С. М. Павленко^[кто?]. Существенным вкладом в фармакологию пантов и препаратов явились разработки таблеточной формы пантокрина, зарегистрированной в 1986 году как изобретение. Тремя клиническими исследованиями, проведенными в 2012 году, доказано, что употребление пантов никаким образом не влияет на работу человеческого организма, то есть является бесполезным, однако, в силу инертности мышления представителей отдельных культур, в чьих традициях использование пантов является частью их культурного кода, а также отсутствия правового регулирования данного вопроса, запрета на производство пантов пока нет, несмотря на то, что операция является достаточно вредоносной для животных (срезается наживую продуктивный орган, пронизанный кровеносными сосудами)^{[источник?]}.

До 70-х годов XX века международный рынок пантопродуктов был разделён между СССР, Китаем и Южной Кореей. С 1980-х годов на мировом рынке сложилось понимание высокой экономической пользы пантового оленеводства: устойчивый спрос на панты и диетическое мясо обеспечивал отрасли значительную рентабельность. В это время к числу заметных производителей продукции пантового хозяйства присоединились Новая Зеландия, Австралия и Канада^[2].